Это архивный сайт МГИМО, который не обновляется с ноября 2015 года.
Актуальный сайт Университета находится по адресу mgimo.ru
официальная страница на Вконтаке официальная страница на Facebook официальный канал Youtube
Главная -> Новости -> Говорят эксперты МГИМО -> Сирия — часть фронта бескомпромиссной войны  

7.10.15

Сирия — часть фронта бескомпромиссной войны


Андрей Казанцев

Конфликт в Сирии уже давно перешагнул рамки не только собственно государства, но даже всего региона Ближнего Востока, а в последнее время не сходит с экранов телевизоров и строк всех мировых информационных агентств. Однако при этом ситуация очень запутанная — вовлечены крупные геополитические силы, множество воюющих группировок, региональных держав и религиозного противоборства.

Разобраться в ситуации Zakon.kz помог известный российский востоковед, директор Института международных исследований МГИМО Андрей Казанцев.

— Андрей Анатольевич, какова на данный момент ситуация в Сирии?

— Ситуация в Сирии исключительно сложна, так как там есть сотни отрядов, которые друг с другом воюют. Многие из них часто меняют политическую ориентацию, структуру альянсов. Это похоже на «махновщину» или «батьковщину», как это называлось во время гражданской войны в России (Украине, и т. п.). На Западе такие ситуации обычно называют «войной всех против всех». Можно выделить следующие ключевые политические силы, их пять: правительство Асада (его поддерживают шииты-алавиты, к которым относится и сам Асад, некоторые христиане), курды, террористическое «Исламское государство» (ИГ), Ан-Нусра (филиал террористической организации «Аль-Каеда» в Сирии) и условно «умеренная», поддерживаемая Западом суннитская оппозиция. Кроме того, в Сирии Асад получает поддержку от «шиитского блока» (иранских «стражей исламской революции», ливанской Хезболлы, иракских шиитов), а некоторые его противники — от Запада, Турции, и, особенно, саудовского блока.

Такая странная и пестрая смесь получилась потому, что революция в Сирии имела в себе сразу несколько компонентов: восстание гражданского общества против коррумпированного алавитского режима, восстание мусульман-суннитов против шиитов-алавитов, борьба блоков суннитов и шиитов в Заливе.

Против «ИГ» воюют при этом все. Эта организация путем массовых публичных казней показала, что она — враг человечества, и ничего общего с Исламом как великой мировой религией, призывающей к добру и самосовершенствованию человека, не имеет. К слову, джихад «ИГ» объявили даже такие террористические исламистские организации, как «Аль-Каеда» и Талибан в Афганистане. Это уже о чем-то говорит.

— Как вы оцениваете геополитическую обстановку в регионе?

— На Ближнем Востоке идет бескомпромиссная война между шиитской коалицией во главе с Ираном и арабскими монархиями во главе с Саудовской Аравией (к ним примыкают, зачастую, и другие суннитские страны). Фронтами этой войны являются Сирия, Ирак, Йемен, Ливан, Бахрейн. Приведу только пару примеров, как революции и войны пересекаются с борьбой суннитов и шиитов.

Катар (союзник Саудовской Аравии) сыграл активную роль в «раздувании» революции в Сирии. Один мой знакомый американский эксперт сказал, что это была «не совсем честная революция». Первичной причиной был отказ Дамаска построить газопровод через свою территорию (это было против интересов Москвы как ключевого союзника). Революции в Сирии сильно способствовала пропаганда «Аль-Джазиры» с территории Катара. В боевых действиях, по некоторым данным, даже участвовал катарский спецназ.

Единственная по-настоящему подавленная демократическая революция «арабской весны» — революция на Бахрейне. Поскольку это была революция шиитов против суннитов, то ее силой подавили войска монархий Персидского залива. Западу пришлось это «скушать», так как саудовско-катарская клиентела на Западе очень сильна. На Западе делали вид, что про Бахрейн забыли, хотя, конечно, из личных разговоров я знаю, что все эксперты на Западе знают про Бахрейн, и саудовцам это еще припомнят при случае.

К слову, надо отметить, что стран постсоветского пространства эта борьба суннитов и шиитов на Ближнем Востоке совершенно не касается. Для нас куда более актуальным является деление на сторонников традиционного ислама и «салафитов». Именно поэтому борьба с ИГ особенно важна, так как это — салафизм, причем, доведенный вообще до какого-то полного беспредела. Кстати, к слову, в Чечне запрещено переводить ИГ как «Исламское государство», надо говорить «Иблисово государство».

— Насколько сильна миру угроза ИГ? Каковы конкретные интересы в сирийской операции?

— ИГ — это не националистическое движение, как Талибан. Оно интернационалистическое, как коммунизм в свое время, претендует на власть над всей мусульманской общиной (уммой). Поэтому многие из террористических группировок по всему миру присягнули на верность ИГ. Например, на постсоветском пространстве это «Имарат Кавказа» и «Исламское движение Узбекистана». ИГ закрепилось на южных границах постсоветского пространства, в Афганистане, где оно готовится открыть «второй фронт». Угроза ИГ реальна для всех стран мира. Даже в далекой Австралии был теракт ИГ. На постсоветском пространстве эта угроза особенно актуальна. Из одной только России на стороне ИГ по официальным данным ФСБ воюет 2400 человек. Из Казахстана там тоже много людей. В Ютубе был даже ролик с казахским детским садиком в ИГ. В ИГ заманивают всех — и мужчин, и женщин, и детей. Дети-террористы — это страшная вещь, представьте себе, только детей с поясами смертников.

Все в мире понимают, что ИГ — большая угроза. Я приводил выше примеры даже «Талибана» и «Аль-Каеды». Но дальше начинаются разногласия, что делать с Сирией. Россия хочет оставить у власти Асада. Запад хочет, чтобы к власти пришла «умеренная оппозиция», хотя ее и не так просто «выкроить» из тех, кто воюет против Асада. Поэтому даже была такая шутка по поводу обвинений в адрес российской авиации, что она бомбит «умеренных»: «Американцы не могли найти умеренную оппозицию в Сирии 3 года, а российская авиация нашла и разбомбила ее за 24 часа». Иран и Саудовский блок видят в Сирии полигон для своей междоусобной войны.

— Есть ли шанс у российских сил добиться весомых результатов?

— Российские силы сейчас воюют в связке с армией Асада и иранцами. Вместе это достаточно серьезная сила. Иранцы тоже перебрасывают в Сирию дополнительные сухопутные силы, чтобы подкрепить действия российской авиации на земле. Однако в сотрудничестве России и Ирана есть и свои угрозы, которые нам надо хорошо осознавать, чтобы не попасть в большие неприятности. В частности есть риск, что Россия может оказаться втянутой в суннитско-шиитскую войну.

Российским силам в Сирии уже объявили джихад. Правда, пока отнюдь не самые авторитетные суннитские богословы, многие из них в оппозиции даже саудитам, так что это еще не страшно. А вот если к этому присоединятся действительные религиозные авторитеты — будет большая проблема. Ведь большинство населения и России и постсоветских стран — сунниты.

И, кстати, если вспомнить историю, восстание против Российской Империи в Центральной Азии (в том числе, и в Казахстане) в 1916 г. было связано, в том числе, с объявлением джихада против России турецким султаном как тогдашним легитимным «повелителем правоверных». Поэтому Москве надо очень аккуратно обращаться с этой темой. И я лично осудил использование Русской православной церковью риторики «священной войны» в Сирии. Это только провоцирует искренне верующих, благочестивых мусульман, которые в ином случае никогда таких «отоморозков» и бандитов как ИГ не поддержат.

— Какую роль играют в этом всем Иран и Турция?

— Иран — это, к сожалению, очень активная сторона конфликта в суннитско-шиитской войне, как я уже говорил. Поэтому связываться с ним уж так сильно России не надо. К тому же Иран не признает самого факта существования государства Израиль. И потому Израиль опасается, что российское оружие в Сирии попадет к Хезболле, которая воюет не только на стороне Асада, но и против Израиля. По этому поводу лидеры России и Израиля недавно договаривались. Вообще у Израиля своя позиция и по Украине и по Сирии, и она, зачастую, ближе к российской, чем западная позиция, в целом.

Турция не только поддерживает Саудовскую Аравию, у нее свои интересы в Сирии. Она не хочет, чтобы усилились курды, так как те пытаются отделить Курдистан и от Турции. Поэтому точно так же, как Россия вступила в борьбу в Сирии не только против ИГ, но и за Асада, так и Турция вмешивается в ситуацию в Сирии не только против ИГ (как часть западной коалиции) и против Асада (помогает саудовцам), но и против курдов (собственно, турецкий интерес). К сожалению, вмешательство России в сирийские дела привело к резкому ухудшению российско-турецких отношений. Будем надеяться, что Москва и Анкара смогут в очередной раз договориться, как это не раз бывало в самых сложных для их отношений ситуациях в прошлом (Карабах, Чечня, и т. п.)

— А Катар и Саудовская Аравия?

— Как я уже говорил, Катар и Саудовская Аравия — это сторона конфликта в суннитско-шиитской войне. Осложняющим моментом является то, что они сумели «втянуть» Запад в орбиту своих интересов.

Произошло это потому, что Саудовская Аравия контролирует глобальную «нефтяную экономику». Поэтому она имеет вместе с союзниками (Катар особенно выделяется) мощную финансируемую клиентельную сеть на Западе, особенно, в США, которые могут добиваться очень серьезных уступок от американской администрации. В частности, вопрос о том, считать ли «ан-Нусру» (филиал Аль-Каеды) в Сирии легитимной целью или нет, был решен именно таким путем (под влиянием саудовцев и катарцев их исключили из числа целей, приписав скопом к «демократам»). И это произошло после того, как американцы уже второе десятилетие воюют с Аль-Каедой!!!

Неприятие позиции России по выбору целей в Сирии (конкретно — речь идет об Ан-Нусре как об одной из российских целей) — тоже частично дело рук саудовско-катарскойклиентелы, хотя есть (и их очень много на Западе) пресса и эксперты, которые опасаются за судьбу настоящей условно прозападной оппозиции. Те на Западе, кого «достали» саудиты и их клиентела, рады, что Россия будет бомбить Ан-Нусру, но ни в коем случае не согласны, чтобы бомбили еще кого-то, кроме ИГ и Ан-Нусры.

К слову, надо сказать, что Саудовская Аравия — это вовсе не «сила добра». Она контролирует ключевые святыни Ислама, Мекку и Медину, на основании чего борется за лидерство в исламском мире, тратя на это огромные средства, что не нравится в исламском мире очень многим, отнюдь не только шиитам. Поэтому отождествление «саудовского блока» и реальных интересов вообще всех мусульман-суннитов, в том числе, на постсоветском пространстве, — это неправильно. Напомню, Саудовская Аравия имеет весьма специфическую идеологию, ваххабизм (вариант одной из 4 легитимных правовых школ в суннизме, ханбализма), от которого часто и отталкивается салафизм. Эта идеология имеет то достоинство, что она очень простая и апеллировала к неграмотным кочевникам, а теперь, к сожалению, иногда и к малограмотным маргиналам.

К слову, у нас, на постсоветском пространстве, и, особенно, среди тюрок доминирует относительно либеральный ханафизм, правовая идеология значительно более высокой культуры и традиции. Распространение ханбализма и салафизма тесно связаны, почему в свое время авторитетный узбекский богослов Мухаммад Хиндустани и назвал скопом всех сторонников салафизма, читающих изданные в Саудовской Аравии книги, «ваххабитами». Именно так, в комплексе, всех салафитов-ваххабитов-сторонников нетрадиционного ислама часто и воспринимают на постсоветском пространстве.

Короче говоря, борясь за лидерство в суннитском мире, Саудовская Аравия выдает свою версию Ислама (а это определенная трактовка только одной из ортодоксальных 4 правовых школ суннизма) за «правильный» ислам вообще. При этом в Саудовской Аравии и поддерживаемых ей монархиях Залива есть много исламских фондов, которые прямо или косвенно поддерживают салафитские движения по всему миру, в том числе, связанные с Аль-Каедой и ИГ.

К слову, чтобы не было упрощенного видения, опять таки, сами саудиты своих собственных салафитов и особенно радикальных исламских фондов сильно боятся, и даже были бы рады, если бы их внутриполитических оппонентов по-тихому поубивали где-нибудь в Сирии или Ираке американцы, русские или иранцы. Поэтому договориться с саудитами можно. Но, естественно, сказать публично саудиты этого не могут, они слишком бояться своих радикалов. С другой стороны, саудиты активно используют салафитов для своей борьбы за лидерство в исламском мире. Так что тут сложная игра.

Наконец, для полноты картины, с точки зрения Запада саудовский режим — это отвратительная тоталитарная система, где нарушаются базовые права человека, особенно, женщин. Там даже Интернет контролируется. Но Запад зависит от саудитов по нефтяным вопросам, и в политике всегда выступал поэтому их союзником (разве что в борьбе против Израиля Запад саудитов не поддерживает).

— Каков ваш прогноз на ближайшее время?

— Из всего, что я сказал выше, следует, что ситуация просто запредельно сложна. И внутри Сирии и вовне ее все поссорились со всеми. Предсказать, чем дело закончится, я пока не берусь. Мне кажется, что Россия и США как-то зоны ответственности в борьбе против ИГ поделят, и до открытого столкновения между собой в Сирии дело не доведут. Это было бы совсем уж глупо. ИГ тоже, видимо, в конце концов, победят. Слишком мощные силы задействованы. Но что будет с Сирией и с иранско-саудовской войной, сказать пока нельзя.

И практически самые важные для нас вопросы — резко вырастает угроза терактов на всем постсоветском пространстве, плюс вырастает угроза дестабилизации ситуации в Северном Афганистане и постсоветской Центральной Азии. ИГ уже закрепилось в Северном Афганистане. Оно будет «отвечать» России и ее союзникам по ОДКБ и ЕАЭС, к которым относится и Казахстан. ИГ, видимо, для борьбы с Россией и Ираном на этом «втором фронте» получит новые деньги от саудитов или их союзников. Откуда-то деньги для ИГ в Афганистане уже приходили (а там без денег ничего не сделаешь), и у ряда экспертов есть подозрения, что из Катара.

Кроме того, Саудовская Аравия с союзниками могут через исламские фонды «накачать» деньгами исламистское подполье в России и в Центральной Азии, что, видимо, уже и начало происходить. Ситуация в Таджикистане и Кыргызстане лично у меня вызывает наибольшие опасения.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Zakon.kz
​ ​