Это архивный сайт МГИМО, который не обновляется с ноября 2015 года.
Актуальный сайт Университета находится по адресу mgimo.ru
официальная страница на Вконтаке официальная страница на Facebook официальный канал Youtube
Главная -> Новости -> Говорят эксперты МГИМО -> Сирийский котел  

9.10.15

Сирийский котел


Андрей Казанцев

Затянувшаяся и порядком уже всем надоевшая гражданская война в Сирии получила второе дыхание, чему способствовало вступление в войну на стороне Асада России. Вначале Военно-космические силы (ВКС), нанесшие удары по позициям боевиков «Исламского государства» (ИГ), а вслед за ними корабли Каспийской флотилии, поразившие ракетными ударами позиции исламистов, говорят о том, что не за горами вступление в бой и сухопутных сил.

Подобная резкая активизация России в Сирии уже вызвала резко негативную реакцию Запада и Турции. О причинах, заставивших Россию залезть в бурлящий сирийский котел и перспективах этого шага не только для РФ, но и для всего постсоветского пространства в интервью газете «Каспiй» рассказал директор Аналитического центра МГИМО МИД РФ Андрей Казанцев.

— С чем вы вообще связываете участие России в конфликте на территории Сирии: помощь Асаду, восстановление имперской мощи или что-то еще?

— Как соавтор учебника по принятию внешнеполитических решений, по которому учатся студенты МГИМО, могу сказать, что ни одно из внешнеполитических решений никогда не определялось одним мотивом. Всегда там есть очень много разных расчетов, касающихся как внутренней, так и внешней политики.

На многие из возможных мотивов указывается в многочисленных обсуждениях специалистов — достаточно почитать газеты, скажем, западные или в ряде постсоветских стран. Высказывались разные версии из области «теорий заговоров»: «закрытие» украинской ситуации, налаживание кризисных российско-американских и российско-европейских отношений, «поддержка» падающих цен на нефть, влияние на российское общественное мнение и т. п. Но все-таки мне кажется, что в мировом общественном мнении имеется определенная недооценка тех мотивов, которые Кремль официально объявил.

Первый — это комплексная борьба с международным терроризмом (что особенно актуально в свете проблем возвращения террористов и тяжелой ситуации в ряде регионов России и в ряде стран постсоветского пространства, особенно, центральноазиатских). Второй — помощь правительству Асада, которое всегда было тесно связано с Россией большим количеством разных договоров.

— С начала бомбардировок российской авиацией позиций ИГ в Сирии ухудшились отношения между Москвой и Анкарой. Действительно ли мы имеем дело с серьезным кризисом в межгосударственных отношениях или это лишь временное охлаждение?

— Как известно, позиции России и Турции по сирийскому вопросу кардинально разошлись. Позиция Анкары — антиасадовская (ближе к Саудовской Аравии и Катару), а позиция Москвы — проасадовская (ближе к Ирану). Эти и другие разногласия (а таковых накопилось не мало) привели к тому, что Россия сокращает масштабность проекта «Турецкий поток», который должен заместить собой закрытый проект «Южный поток».

Особо критическими отношения стали после того, как российский самолет пересек турецкое воздушное пространство. Но важно понимать, у Турции и России две похожие стратегии в сирийско-иракском вопросе, так что они не могут потихоньку не договориться. Анкара, как и весь условный «западный и суннитский» лагерь обвиняет Москву в том, что она под предлогом борьбы с ИГ помогает Асаду и наносит удары по (зачастую, очень условной, так как часто прослеживаются связи с «Аль-Каедой») умеренной оппозиции (конечно, есть и настоящая нерадикальная оппозиция, хотя объективно прочертить границы сложно).

Однако посмотрим, что делает Турция: формально она тоже вступила в войну с ИГ и у нее, как и у саудовцев резко антиасадовская позиция, однако в реальности ее силы зачастую просто-напросто наносят удары по курдам в Сирии и Ираке. Турки просто давно хотели «разобраться» с курдскими боевиками по ту сторону своей границы, разделившей когда-то населенные курдами земли. При этом получается, что если Россия бомбит «условно» умеренную оппозицию, то Турция уж вовсе «под шумок» сносит мало того, что уж точно не исламистскую, а националистическую, так еще и самую боеспособную часть коалиции против ИГ. Причем, важная роль Турции в НАТО мешает США и европейцам осудить такое двусмысленное поведение.

— К чему в итоге может привести нынешнее охлаждение российско-турецких отношений?

— Тон заявлений политического руководства Турции и России уже, в общем, пошел примирительный. Москва и Анкара как-то всегда раньше удивительно умели договариваться, даже на фоне самых острых ссор. Турция в любой ситуации, которая непосредственно турецкой территории не касается, замирится с Россией, так как если она слишком сильно поссорится, то Москва может начать поддерживать курдов (такой «размен» уже был по чеченскому вопросу однажды).

Ну и экономически Россия для Турции очень важна (туристы и газ). К тому же, Анкара воспринимает Москву как потенциального союзника по «европейскому вопросу», так как позиция обеих «евразийских держав» сходна: на границе «европейского клуба избранных», но без реальных шансов в него напрямую войти. У Азербайджана, кстати, примерно такая же ситуация.

— Кстати, может ли отразиться на Азербайджане разгорающийся конфликт в Сирии, тем более, если учитывать, что ракетными пусками командовал офицер — этнический азербайджанец?

— Ну, в России живут люди разных национальностей, так что это неудивительно. Азербайджанская диаспора в РФ большая и влиятельная. Но тут важно понять одну вещь. ИГ и другие экстремистские структуры, типа «Аль-Каиды» не будут разбирать, отвечая на удары России, территория это непосредственно РФ или ее соседей по постсоветскому пространству, тем более что у власти там везде светские элиты. ИГ является большой угрозой для всего мира, в том числе и для Южного Кавказа.

Есть очень большая вероятность того, что ИГ может попытаться открыть против России и других постсоветских стран «фронт» на Кавказе в ответ на удары в Сирии. Естественно, под ударом будет, прежде всего, российский Северный Кавказ (напомню, что в ИГ воюют, прежде всего, россияне-выходцы из этого региона). В частности, «Имарат Кавказа», например, объявил о вхождении в ИГ в качестве составной части. ИГ может использовать, как вернувшихся боевиков, так и сочувствующих на местах для терактов и нового развязывания партизанской войны, прежде всего, в Дагестане.

Однако это не значит, что не будут затронуты «заодно» и другие страны Кавказа, в том числе и Южного. Скажем, Азербайджан с его светским строем тоже может стать мишенью террористических атак. Однако главная проблема не в этом. Москва фактически поддержала Иран и «шиитский блок» в борьбе против «саудовского блока» в Сирии.

Против России недавно официально объявили джихад по сирийскому вопросу, что вызовет приток средств исламских фондов исламистскому подполью во всех постсоветских странах. Причем, важно понять, что не только ИГ. Базирующиеся в нефтяных монархиях Персидского залива исламские фонды неизбежно «накачают» деньгами все направленные против РФ, а возможно, заодно, и других постсоветских стран религиозно-экстремистские структуры.

Подчеркну, это не только «ответ» на удары в Сирии и сближение России с Ираном. Эта антироссийская работа (и работа против других стран постсоветского пространства) уже давно активно ведется, что, собственно, и стало одной из объективных причин втягивания Москвы в войну с ИГ. И активная деятельность вербовочных структур в пользу как ИГ, так и «Аль-Каиды» на территории России и постсоветских стран — это одно из звеньев этой цепи.

Во-вторых, могут быть организованы и настоящие вторжения, по образцу имевшей место в конце 1990-х гг. в Кыргызстане «Баткенской войны», правда, это касается только центральноазиатских стран.

В-третьих, после разгрома ИГ домой могут вернуться боевики из постсоветских стран. Смогут ли они адаптироваться к мирной жизни? Мировой опыт показывает, что это очень непросто и, скорее всего, они продолжат экстремистскую деятельность.

В-четвертых, отношения России и Запада в Сирии далеки от идеальных, противостояние, начатое по украинскому вопросу, просто перешло на новый уровень. А это может привести к очередному обострению «Новой большой игры» на всем постсоветском пространстве. Причем, теперь, в связи с «заморозкой» противостояния в Европе (в Донбассе) оно может плавно переместиться на Южный Кавказ и в Центральную Азию, где зоны влияния намного более неопределенны.

Кстати, во время «холодной войны» так и было. В Европе была «основная линия фронта», где никогда не воевали, так как это было чревато ядерной войной, а все боевые действия шли в Азии, Африке и Латинской Америке, где это считалось «более безопасным». Скорее всего, во время новой «холодной войны» пойдут по тому же пути.

Роман ТЕМНИКОВ

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Каспiй»
​ ​