Это архивный сайт МГИМО, который не обновляется с ноября 2015 года.
Актуальный сайт Университета находится по адресу mgimo.ru
официальная страница на Вконтаке официальная страница на Facebook официальный канал Youtube
Главная -> Новости -> Говорят эксперты МГИМО -> Российско-саудовский диалог: оптимизм экспертного сообщества чрезмерен  
эксклюзив

14.10.15

Эксперт МГИМО: Леонид Корольков

Российско-саудовский диалог: оптимизм экспертного сообщества чрезмерен


12 октября состоялась встреча президента Владимира Путина с преемником наследного принца и министром обороны Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом. Стороны обсудили текущую ситуацию в Сирии и перспективы мирного урегулирования. Аспирант кафедры прикладного анализа международных проблем Леонид Корольков — о трудностях, болевых точках и перспективах российско-саудовского диалога.

Встреча в Сочи стала уже второй между Владимиром Путиным и Мухаммедом бен Сальманом за последние полгода. Вскоре ожидается визит в Россию короля Саудовской Аравии Салмана бен Абдель Азиза. Все это — на фоне четырехлетнего бойкота и в целом традиционно холодных отношений между Россией и Королевством. Налицо беспрецедентный прорыв, отмечаемый как аналитиками обеих стран, так и самими участниками переговоров.

Оптимисты в экспертном сообществе, исходящие из анализа встреч и выступлений официальных лиц, указывают на то, что саудиты осознали невозможность решения сирийской проблемы без России и на фоне ухудшения отношений с ненадежным в последнее время Вашингтоном стремятся укрепить связи с Москвой.

При этом сирийский вопрос, по мнению ряда российских аналитиков, является удачной отправной точкой для обсуждения всего спектра ближневосточных проблем и возможности их совместного решения, что открывает перед Россией перспективы реальной включенности в дела региона. У двух стран появляются также возможности активизации экономического партнерства, сотрудничества в инвестиционной и военной сферах.

Стоит согласиться, что тот факт, что саудиты признали за Россией весомую (а в свете последних событий — одну из ключевых) роль в Сирии, подтверждает растущее влияние Москвы в регионе. Вполне естественной ввиду реальной заинтересованности обеих сторон в итогах сирийского урегулирования выглядит активизация диалога на высшем уровне. Логичным также видится наращивание экономического партнерства.

Однако оптимизм экспертного сообщества все же выглядит чрезмерным при учете реальных интересов двух стран на фоне традиционной напряженности, являвшейся реальностью российско-саудовских отношений и до начала конфликта в Сирии.

Чего больше всего боится Эр-Рияд в регионе? Роста влияния Тегерана и, как следствие, дестабилизации шиитского вопроса, в том числе и в самом Королевстве. Перспектива реальной шиитской дуги, охватывающей Иран, Сирию, Ливан, Ирак, а также Йемен и Бахрейн видится саудитам гораздо большей угрозой, чем фактор ИГИЛ. Что в этой связи меньше всего нужно саудитам в Сирии? Победа Башара Асада при поддержке Москвы и Тегерана. Перспективы создания переходного правительства и проведения выборов при отстранении Асада выглядят для них туманными на фоне победы России, Ирана и «Хизбаллы», которые в такой ситуации смогут диктовать свои условия. Рост шиитских волнений по всему региону в таком случае будет неизбежен.

В этой связи на встрече с российским президентом саудовская сторона высказывала свои «опасения» по поводу военной операции России в Сирии и «предупреждала» о ее «возможных последствиях».

Подобные встречи являются частой практикой в последнее время: свои «опасения» уже выразили в Москве Биньямин Нетаньяху и Реджеп Эрдоган. Многие другие заинтересованные игроки, в том числе американцы, использовали для встреч поля Генеральной Ассамблеи ООН. Так или иначе, всем прямым и косвенным участникам сирийского конфликта удалось изложить друг другу свои приоритеты.

Видится, что все стороны остались, что называется, при своих. Общая приверженность борьбе с ИГИЛ остается связующей темой, однако на практике наблюдается столкновение интересов. В случае с Россией и Саудовской Аравией эти интересы взаимоисключаемы.

Для приведения позиций к общему знаменателю необходимы уступки с обеих сторон. В случае с Россией это мог бы быть отказ от ставки на Асада, что в послевоенных реалиях, скорее всего, обернулось бы потерей Сирии. А в случае с Саудовской Аравией это могло бы быть согласие на сохранение Асада, которое повлекло бы укрепление Ирана в регионе. Учитывая принципиальность позиций обоих государств, такие уступки будут стоить дорого, при том что пространство для маневра у обоих государств ограничено.

Три факта указывают на то, что предлагающей стороной все же выступает Саудовская Аравия. Во-первых, как бы очевидно это ни звучало, именно саудовская сторона дважды выступала в качестве гостей Владимира Путина и собирается выступить в нем вновь, на этот раз на высшем уровне. Во-вторых, Россия в настоящий момент задает тон в развитии ситуации, является единственным доминирующим и создающим, а не реагирующим игроком в сирийском конфликте. В-третьих, если бы Москве все же понадобились помощь со стороны Эр-Рияда и отказ саудитов от неприятия режима Асада, ей, по большому счету, было бы нечего предложить: Россия не сможет контролировать и сдерживать Иран, вряд ли поможет в решении йеменского кризиса в пользу Саудовской Аравии или заинтересует саудитов финансово или экономически.

В то же время «ассортимент» предложений Эр-Рияда также не отличается разнообразием. Здесь крупные контракты в сфере инвестиций и вооружений, обещания координировать политику на рынках энергоресурсов и повлиять на цены на нефть, а также не слишком надежные гарантии поддержать сохранение военно-морской базы России в Тартусе в послевоенный период. Более того, даже подобные предложения со стороны саудитов видятся маловероятными.

Однако не стоит забывать об имиджевом аспекте российско-саудовских контактов. Назначение военной операции в Сирии гораздо шире борьбы с ИГИЛ и поддержки Асада — она призвана укрепить международный и региональный авторитет России, сплотить противников ИГИЛ вокруг нее. В этом контексте диалог с саудитами крайне важен уже как факт, демонстрирующий всем то, что один из главных игроков региона стремится обсуждать его будущее с Россией, что исторический сателлит США теперь проводит самостоятельную политику и в ее рамках считает необходимым взаимодействовать с Москвой, что традиционный оппонент Кремля по целому спектру вопросов (от ситуации в Чечне в 90-е — начале 2000-х годов до сирийского кризиса) теперь сам инициирует переговоры для обсуждения одной из этих проблем. Что касается саудитов, для них также крайне важно продемонстрировать независимость от Вашингтона, с одной стороны, и собственную роль в делах региона, с учетом которой их принимает Владимир Путин, с другой.

Таким образом, на данном этапе саудовско-российские переговоры, на практике и пока даже в теории не способные привести стороны к общему знаменателю по Сирии, все же являются выгодными для обеих сторон. Тем не менее, хочется надеяться, что регулярные контакты Москвы и Эр-Рияда не будут лишь возможностью для демонстрации собственной значимости и поводом для оптимизма любителей ивент-анализа, а все же дадут реальные плоды в пользу мирного урегулирования.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
​ ​